Весна 1944 года. Освобождение Крыма и Севастополя. Хроника событий

sev.gov.ru

 

Крымская стратегическая наступательная операция советских войск

(8 апреля – 12 мая 1944 года)     
Материалы предоставлены ФГБУК «Севастопольский военно-исторический музей-заповедник»                           

8 апреля

День 8 апреля 1944 года выпал на вторник.

В 8 утра на севере Крыма началась артподготовка, в ходе которой часть огневых средств противника была уничтожена.

Чтобы ввести врага в заблуждение относительно времени настоящей атаки пехоты, было изготовлено более 300 чучел, одетых в гимнастерки и каски. Их поднимали из окопов переднего края, сопровождая криками «Ура».

В 10.30 наши советские войска перешли в наступление. Враг оказывал яростное сопротивление и 51-й армии не удалось далеко продвинуться вглубь обороны на Тарханском направлении. К концу дня некоторые части 51-й армии вынуждены были отступить на исходные рубежи.

Более успешным было наступление 63-го стрелкового корпуса под командованием генерал-майора Кошевого. На Каранкинском и Тюй-тюбинском направлении противник был выбит их всех трех траншей первой оборонительной линии.

Значительных успехов достигли и части 3-й гвардейской дивизии 2-й гвардейской армии, которые в течение одного часа атаки продвинулись вглубь обороны противника на 1,5 км. К концу дня 126-я стрелковая дивизия освободила Армянск.

Летчики в этот день совершили около полутора тысяч вылетов и израсходовали 80 т. боеприпасов, уничтожив при этом 16 танков, 43 машины с пехотой и грузами, 4 склада с боеприпасами и 46 артбатарей.

История сохранила не только точную хронологию военных действий, но и письма, которые были написаны в короткие минуты отдыха. Вот одно из таких писем домой, датируемое 8 апреля 1944 года:

«Здравствуйте, папа, мама, Кузя, Стеша, Володя, Валя. Жму Ваши золотые ручки и шлю пламенный сердечный командирский привет. Хочу сообщить про свою жизнь. Живу в настоящее время хорошо. Получил звание за хорошие действия. Пользуюсь авторитетом. В бою самоотверженность и умение обмануть врага решает исход боя. Фашистские звери с нашей земли живыми не уйдут. Навечно будет истреблена фашистская раса. За погибшего брата Ваню буду их истреблять до единого, Приказ народа и долг перед Родиной выполню с честью. Петя».

Командир взвода, младший лейтенант Петр Лаврентьевич Черябкин погиб 8 апреля1944 года на Перекопе.

До освобождения Крыма от немецко-фашистских захватчиков оставалось 34 дня.

9 апреля

9 апреля 1944 года, среда. В 11 часов утра, после часовой артподготовки, которая была поддержана авиацией, войска 4-го Украинского фронта возобновили наступление.

63-й стрелковый корпус продвинулся    вглубь обороны противника на расстояние от 4 до 7 км, отразив несколько контратак 111-й пехотной дивизии, 279-й бригады штурмовых орудий немецких войск, и частей 10-го румынской пехотной дивизии.

В течение дня части этого корпуса полностью прорвали наиболее сильную первую полосу оборонительной линии противника и вклинились во вторую полосу на Каранкинском направлении.

Совершив 1431 вылет, значительные потери нанесла немецким войскам и советская авиация.

Уже к концу дня 2-я гвардейская армия полностью прорвала главную полосу немецкой обороны на Перекопском перешейке и вынудила противника начать отступление. Противник упорно сопротивлялся, заставив гвардейцев отразить до 8 его контратак.

К этому времени разведчиками 2-го стрелкового батальона 1271-го стрелкового полка 387-й стрелковой дивизии были собраны сведения об обороне противника на восточном берегу Перекопского залива, для чего они неоднократно проходили ночью расстояние в 6 км. на лодках.

Это позволило десантировать в тыл противника через Перекопский залив для содействия соединениям 13-го гвардейского стрелкового корпуса стрелковый батальон под командованием капитана Диброва. В его составе были 512 бойцов, 286 винтовок, 166 автоматов, 45 пулеметов, два 45 мм орудия и шесть 82 мм минометов.

Люди и техника были погружены в 51 десантную лодку. Ровно в полночь командир батальона приказал подразделениям отчаливать.

Переправа осуществлялась силами 43-й инженерно-саперной бригады спецназначения.

Перед началом операции все бойцы дали клятву, написанную заместителем командира батальона Василием Корниловичем Нохриным.

«Слушай, Родина, мать моя! Я, сын твой, иду на правый и беспощадный бой! Иду на бой с проклятым врагом немцем. Он пришел сюда испоганить мои поля, леса, реки, моря, города и села, полонить тебя, политую кровью и потом моих предков, землю родную.

Родина моя дорогая! Я сын твой, клянусь тебе! Клянусь семье, клянусь друзьям в бою за Крым быть смелым, храбрым воином, крови своей и самой жизни не жалеть для победы над врагом. Если же погибну в этом бою, знай, моя Родина – эту клятву выполнил с честью и до конца.

Я верю, Родина, ты не забудешь меня! Клянусь отомстить врагу силой гнева и ненависти переполненного своего сердца за слезы, муки и стоны наших отцов, детей, жен, матерей. Клянусь, буду драться по-гвардейски. До последней капли крови. Мой девиз боевой – смерть или победа. Только победа».

До освобождения Крыма оставалось 33 дня. 

10 апреля

10 апреля 1944 года, четверг. Боевая операция по освобождению Крыма от немецко-фашистских захватчиков продолжается.

Ранним утром десантный батальон капитана Диброва в полном составе высадился на берег и начал наступление.

За день боя батальон уничтожил до 100 солдат и офицеров противника, подбил 3 танка и захватил в исправном состоянии батарею шестиствольных минометов. Весь личный состав десантного отряда был награжден орденами и медалями, а Филипп Давидович Дибров стал Героем Советского Союза. Действия десантников деморализовали вражеские войска и ускорили их отход.

На севере Крыма войска 4-го Украинского фронта продолжая наступательные действия, очистили от противника район Карповой балки.

В ночь на 10 апреля один из полков 346-й стрелковой дивизии переправился через озеро Айгульское, и помог дивизиям 51-й армии овладеть населенным пунктом Томашевка. Таким образом, была прорвана вторая полоса обороны противника. Пройдена полоса озер и создана благоприятная обстановка для развития прорыва и ввода в бой 19-го танкового корпуса.

К вечеру 10 апреля войска 4-го Украинского фронта добились решительного перелома в обстановке на севере Крыма

Офицер оперативного отдела 17-й немецкой армии Ханс Руперт Гензель в своем дневнике запишет: «50-я пехотная дивизия вынуждена отступить. Еще в более критической ситуации – 10-я румынская дивизия на Сивашском участке. Получено разрешение на операцию «Адлер» – отступление войск к Севастополю».

Но приказ Гитлера звучал однозначно: «Севастополь оборонять до конца. Боеспособные войска не эвакуировать!»

Но к этому времени   командующий 17-й немецкой армией генерал Енеке, командующий группой армий «Южная Украина» генерал Шернер и начальник генштаба сухопутных войск Германии генерал Цейтцлер уже разработали «Указание о создании групп эвакуации» и «План разрушений при эвакуации из Крыма». В последнем говорилось: «Все, что нельзя будет использовать в боевых действиях и снабжении во время отхода к Севастополю, а также его обороны и нельзя будет вывезти – уничтожить!». 

До освобождения Крыма оставалось 32 дня.

11 апреля

В пятницу, 11 апреля в наступление перешла отдельная Приморская армия. В 2 часа ночи части 3-го горнострелкового корпуса заняли опорный пункт противника Булганак.

К 4 утра войска 11-го гвардейского стрелкового корпуса, под командованием генерал-майора Рождественского, овладели всей первой линией обороны врага.

К 6 утра 16-й стрелковый корпус под командованием генерал-майора Провалова освободил Керчь.

Существует свидетельство немецкого ефрейтора, участника событий тех дней: «Когда русские прорвали немецкую оборону и вышли на шоссе Керчь-Феодосия, над головами нависла угроза окружения. Немцы очертя голову удирали, и я отдал приказ отступить. Не успели мы занять оборону на Турецком валу, как на левом фланге появились русские танки. Приказы, отданные мной не выполнялись, 9-й кавалерийский полк полностью разгромлен, ни один солдат не ушел с Керченского полуострова. Вся техника полка и приданная ему артиллерия захвачена полностью».

В полосе действий 51-й армии в 5.30 утра был введен в бой 19-й танковый корпус. Завершив прорыв обороны противника на южном берегу Сиваша, тем самым заставив противника начать отвод войск с Ишуньских позиций, наши войска начали быстрое продвижение к Джанкою.

В 11 часов 202-я танковая бригада, 867-й самоходный и 52-й мотоциклетный артполки ворвались на северную окраину Джанкоя. К 15 часам наши подразделения вошли в центральную часть города.

В это время с юго-запада к Джанкою прорвалась 26-я мотострелковая бригада и нанесла удар по войскам противника, расположенным на южных окраинах и районе железнодорожной станции.

На помощь наземным войскам пришли летчики. В этот день авиацией 8-й воздушной армии было сделано более тысячи вылетов.

К 18 часам вечера Джанкой был освобожден от немецких захватчиков. Часть сил 51-й армии и соединения 2-й гвардейской армии, ведя бой в районе Ишуня, продвинулись на 2 км.

Советское командование отдало приказ о формировании передовых подвижных отрядов для быстрейшего продвижения и преследования войск противника.

В 21.00 в Москве прогремели 20 залпов салюта из 224 орудий, в честь 4-го Украинского фронта, прорвавшего немецкую оборону на севере Крыма и освободившего Джанкой. А в 22 часа – салют в честь отдельной Приморской армии, освободившей Керчь

В этот день на перешейке озер Киятское и Красное старший сержант Константин Николаевич Калинин в составе роты отразил 14 контратак врага. Был ранен, но остался в строю. За этот бой ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Константин Калинин участвовал в параде Победы на Красной площади. 

До освобождения Крыма остался 31 день. 

12 апреля

Суббота. 5 день наступательной операции по освобождению Крыма от немецко-фашистских захватчиков. Преследование противника велось силами трех армий. К 6 утра силами 87-й гвардейской стрелковой дивизии и частей 126-й дивизии был освобожден Красноперекопск.

51-я армия преследовала противника вместе с 19-м танковым корпусом, который отрезал 49-й корпус 17-й немецкой армии от ее Керченской группировки.

Главные силы танкового корпуса совместно с 279-й стрелковой дивизией прошли в этот день 50 км, двигаясь на Симферополь.

Левее, в направлении на Зую, наступал отряд 202-й танковой бригады и 867-го самоходного артполка. Северо-восточнее Зуи ими была обнаружена вражеская колонна, отходившая на Симферополь растянувшаяся на 12 км. Отряд занял населенный пункт и закрыл 5-му армейскому корпусу противника путь на Симферополь и Севастополь.

Днем 52-й мотоциклетный полк совместно с 263-й стрелковой дивизией заняли Сейтлер и двинулись к Карасубазару для соединения с отдельной Приморской армией.

Подвижные группы корпусов отдельной Приморской армии, возобновив наступление, за 4 часа прошли более 30 км и подошли к Ак-Монайским позициям. После мощного артиллерийского налета и штурмового удара 4-й воздушной армии и опергруппы Военно-воздушных сил Черноморского флота противник оставил эти позиции, и Керченский полуостров был освобожден полностью.

В этот же день стало известно, что из Старого Крыма началось паническое бегство фашистов, которых преследовали подвижные группы 4-го Украинского фронта и партизаны Восточного соединения. Мстя мирным жителям, гитлеровцы в Старом Крыму убили 584 человека, в том числе 200 детей.

В первой половине дня 2-я гвардейская армия, завершив прорыв обороны врага на Перекопском перешейке, вместе с войсками 51-й армии начала преследование противника в степной и центральной части Крыма.

Особо отличились в этих боях 2 десантных отряда, форсировавших Каркинитский залив и очистивших берег реки Чатырлык от противника.

В районе села Воронцовка старший сержант Александр Кондратьевич Коробчук, не имея других средств (так записано в наградном листе) закрыл амбразуру вражеского дота своей грудью. На его родине, в селе Ружа Хмельницкой области, ему был установлен памятник

Преследуя врага по приморскому шоссе на Ялту и Севастополь, 16-й стрелковый корпус в 23.00 завязал бой за Феодосию.

В ночь на 13 апреля подвижные отряды 2-й гвардейской армии под командованием Пузанова и Стебунова вплотную подошли к Евпатории. 

До освобождения Крыма оставался 30 день. 

13 апреля

В воскресенье 13 апреля передовой отряд 16-го стрелкового корпуса отдельной Приморской армии в час ночи освободил Феодосию. Накануне, поддерживая наземные войска, Военно-воздушные силы Черноморского флота нанесли бомбовый удар по плавсредствам противника в Феодосийском порту и сорвали эвакуацию врага.

В 8 утра части 24-й и 3-й гвардейских стрелковых дивизий в составе подвижных отрядов ворвалась в Евпаторию, а к 9 утра город был освобожден от захватчиков.

В этот же день к вечеру 13-й гвардейский стрелковый полк освободил город Саки.

В восточной части полуострова подвижные соединения отдельной Приморской армии разгромили отступающую колонну противника и освободили город Старый Крым, а армейская передовая группа полковника Преображенского, совместно с 5-й бригадой Северного соединения партизан и передовой группой 4-го Украинского фронта под командованием полковника Фещенко, в 16.30 освободили Карасубазар.

В этот же день, 19-й танковый корпус вплотную подошел к Симферополю. Первой ворвалась на его северо-восточную окраину 79-я танковая бригада, за ней 26-я мотострелковая. 101-я танковая бригада вошла в город с востока, а вскоре к Симферополю подошли стрелковые части 51-й армии. Вместе с войсками фронта в боях за Симферополь участвовали партизаны Северного и Южного соединений и подпольные антифашистские бригады.

В 16 часов 30 минут столица Крыма была полностью занята нашими войсками.

Радость жителей освобожденного города могут передать их письма, бережно сохраненные временем:

«Здравствуй, дорогой боец! Желаю вам счастья, здоровья и успехов в ваших боевых делах. Я не нахожу слов, чтобы выразить бойцам Красной Армии благодарность за спасение нас от лютых варваров. Мы почти три года томились в плену у немецких бандитов и уже потеряли всякую надежду на спасение. И так неожиданно для нас явились вы, наши добрые спасители, и только теперь мы вздохнули свободной грудью. Мы будем стараться приложить все свои силы, чтобы окончательно разгромить врага».

Трижды в этот день Москва салютовала освободителям Феодосии, Евпатории и Симферополя.

К вечеру 13 апреля подвижная группа фронта со стороны Симферополя двинулась к Севастополю, выслав вперед разведку.

Один из разведотрядов в районе деревни Ашага-Джамин два часа вел бой в окружении. Отразив 8 контратак врага, девять бойцов: сержант Поддубный, младший сержант Абдулманапов, красноармейцы Задорожный, Захарченко, Иванов, Симоненко, Велигин, Тимошенко, Ершов попали в плен и подверглись изощренным пыткам. 19-летний аварец Магомет Абдулманапов на вопрос фашиста: «А ты почему молчишь? Они – русские, ты им чужой. Ты откуда?», ответил: «Мы все дети одной матери – Родины» и плюнул гитлеровцу в лицо.

Разведчиков расстреляли на краю села. Один из них, Василий Александрович Ершов, чудом остался жив. На его теле насчитали 10 огнестрельных и 7 ножевых ран, а челюсть была не просто раздроблена, а искрошена.

Всем разведчикам было присвоено звание Героя Советского Союза, восьмерым – посмертно. Село Ашага-Джамин после войны переименовано в Геройское, а одна из улиц г. Саки носит имя «Героев-разведчиков».

Передовые отряды 54-го и 55-го стрелковых корпусов 2-й гвардейской армии, двигаясь от города Саки, к концу дня подошли к реке Бельбек. До Севастополя оставалось около 70 км. 

До полного освобождения Крымского полуострова оставалось 29 дней. 

14 апреля

Понедельник. На Крымском полуострове идут ожесточенные бои. Войска 4-го Украинского фронта и отдельной Приморской армии продолжали преследование врага. Генерал-майор Шавров – начальник штаба 19-го танкового корпуса в своей работе, посвященной боям за Крым писал:

«Оценив сложившуюся обстановку, командование корпуса пришло к выводу, что наиболее целесообразно в данной ситуации немедленно всеми силами преследовать отходившие к Севастополю войска противника, чтобы на их плечах ворваться в город. Однако командир фронтового подвижного передового отряда, генерал Разуваев, приказал 101-ю и 202-ю танковые бригады направить на восток, в район Карасубазара (ныне Белогорск) для борьбы с отходившими частями Керченской группировки, а 26-ю мотострелковую бригаду – на Алушту, чтобы отрезать путь войскам, отступавшим вдоль черноморского побережья. Преследование врага, отходившего на Бахчисарай и Севастополь, возлагалась лишь на две танковые бригады – 6-ю гвардейскую и 79-ю. Это распыляло усилия корпуса».

По докладу командования корпуса, командующий фронтом отменил решение генерала Разуваева, но танкисты уже выполняли первоначальный приказ, и изменить положение не представлялось возможным.

В этот день, совместной атакой двух танковых бригад с частью сил 51-й армии при содействии партизан 6-й бригады Южного соединения, был освобожден Бахчисарай.

Партизаны под командованием Грузинова и Урсола, успев уничтожить вражеских факельщиков, спасли город от пожара.

После освобождения Бахчисарая, командование 19-го танкового корпуса решило перегруппировать бригады и нанести удар на Качу, Мамашай (Орловка), и затем по северным окраинам Севастополя.

202-я танковая бригада, 867-й самоходный артиллерийский и 52-й мотоциклетный полки из района Симферополя прошли в направлении Качи и к 18 часам освободили ее, а к 19 часам 101-я бригада освободила села Мамашай, Эски-Эли (Вишневое) и Аранчи (Суворово). Здесь же действовала и 279-я стрелковая дивизия 51-й армии.

87-я гвардейская стрелковая дивизия 2-й гвардейской армии овладела портом Ак-Мечеть (Черноморское) и поселком Караджа, завершив таким образом освобождение от противника всего западного побережья Крыма.

В районе Мамашая, на подходе к реке Бельбек, танковые бригады соединились с передовыми подвижными отрядами 2-й гвардейской армии, которые по приказу командующего фронтом должны были, действуя вне дорог, не ввязываясь в бои с противником, обходя его узлы сопротивления, стремительным продвигаться к Севастополю.

Наступление шло высокими темпами: за 14 часов передовые отряды 2-й гвардейской армии прошли путь от реки Чатырлык на севере Крыма до берега моря у Евпатории. Но несмотря на это, основным силам 49-го горнострелкового корпуса 17-й немецкой армии под командованием генерала Конрада к исходу дня 14 апреля удалось занять оборону в Севастополе раньше подхода советских войск.

Отступающие в восточной части полуострова части 5-го армейского корпуса 17-й немецкой армии генерала Альмендингера преследовала отдельная Приморская армия во взаимодействии с танкистами, которые всю ночь на 14 апреля вели бои на Ангарском перевале. Атакой с севера и востока, при содействии партизан 4-й и 5-й бригады, в этот день была освобождена Алушта, а затем передовыми частями 16-го стрелкового корпуса – Судак.

Накануне, 54 штурмовика, 6 бомбардировщиков под прикрытием 42 истребителей ВВС Черноморского флота, совершили налет на Судак, имея целью большие десантные баржи.

Плененный румынский офицер рассказывал: «Наша рота… прибыла в Судак. Там скопилось много немцев и румын. Немцы грузились на баржи. Как только три баржи, переполненные солдатами, отчалили от берега, налетели русские штурмовики. На наших глазах все три баржи пошли ко дну. После этого румынские солдаты, находившиеся в порту и видевшие гибель немцев, категорически отказались садиться на судно. На причале поднялась невообразимая суматоха. Приказы офицеров не выполнялись. Между немцами и румынами произошли кровавые стычки. Немцы также прекратили погрузку»

После такого поражения противник уже не рискнул эвакуировать войска в Севастополь морем. 

До освобождения Крыма оставалось 28 дней.

15 апреля

Главные силы 2-й гвардейской и 51-й армий вышли на подступы к Севастополю. Командование 4-го Украинского фронта решило взять крепость Севастополь (так называло немецкое командование свой плацдарм) сходу, не ожидая подхода к городу войск отдельной Приморской армии. Причины этого решения были следующими:

  1. всего 7 дней потребовалось советским войскам, чтобы освободить почти весь полуостров. Темпы наступления по степным районам Крыма передовых передвижных отрядов были очень велики, столь же стремительным было отступление 17-й немецкой армии, кое-где превратившееся в бегство.
  2. противник вел эвакуацию из Севастополя с 10-12 апреля, сумев к 20 апреля эвакуировать 67 тыс. человек.

Немецкие историки признавали, что «достигшие севастопольского укрепления дивизии 17-й немецкой армии были в плачевном состоянии. Румынские соединения, по существу, распались, а немецкие дивизии практически превратились в усиленные полки. Потери немцев составили 13131 человек, румын – 17652 человек.

В справке штаба 4-го Украинского фронта о группировке, потерях и эвакуации войск противника в период первой декады апреля был сделан вывод: «на основании ряда показаний пленных и расчетных данных, можно полагать, что противник закончит эвакуацию и оставит Севастопольский плацдарм не позднее 25 апреля».

Поэтому 15 апреля генерал Толбухин поставил войскам фронта задачу овладеть Севастополем.

Было решено перевести главные силы 19-го танкового корпуса с правого на левый фланг и направить их через район Мекензи и Шули (Штурмовое) для захвата Севастополя с юго-востока и востока, совместно с частями 51-й армии.

Частям 8-й воздушной армии с рассветом было приказано уничтожать противника на севастопольских аэродромах и в течение дня блокировать порт, одновременно штурмовой и бомбардировочной авиации содействовать 19-му танковому корпусу и армиям.

Так как у 8-й воздушной армии не хватало тяжелых бомбардировщиков, к операции была привлечена авиация дальнего действия, которая 15 апреля нанесла удары по плавсредствам врага. За две ночи она произвела 233 вылета, в бухтах и на железнодорожной станции были подожжены эшелоны, баржи с войсками и техникой, взорван склад с боеприпасами. В этих налетах участвовал уроженец Севастополя Иван Иванович Киндюшев. В своих воспоминаниях он писал: «Я сбросил бомбы на цель и на сердце у меня похолодело. Ведь рядом с вокзалом жили мои родители»

В этот период советские войска в районе Севастополя не имели превосходства над противником ни в людях, ни в вооружении, так как боевые порядки были сильно растянуты. Наиболее крепкие корпуса оставались в резерве командования на удалении 50-60 км от передовых отрядов и не могли своевременно оказать помощь войскам, начавшим атаку Севастопольского укрепрайона. А артиллерия, авиация и танки из-за отставания тылов не имели достаточного количества горючего и боеприпасов.

Огневые точки врага коротким артналетом подавить не удалось. Танкисты вели борьбу с хорошо замаскированными дотами и дзотами.

До полного освобождения Крыма оставалось 27 дней.

16 апреля

Отдельная Приморская армия продолжала преследование противника и утром 16 апреля, совместно с партизанами 7-й бригады Южного соединения, освободила Ялту. Благодаря партизанам и подпольщикам удалось предотвратить разрушение подвалов знаменитого винного комбината в Массандре, портовых сооружений и дворцовых комплексов Южнобережья.

Утром в штабе 51-й армии в селе Чистенькое встретились маршалы Василевский и Ворошилов, которые приняли решение начать наступление на Севастополь войсками 2-й гвардейской, 51-й и Приморской армии 18 апреля.

Тем временем, войска 4-го Украинского фронта вели боевые действия по выполнению приказа командующего о взятии Севастополя. Соединениям 2-й гвардейской армии ставилась задача овладеть Мекензиевыми горами, Северной стороной, выйти на берег Северной бухты и артиллерийским огнем уничтожить корабли и скопление противника в районе бухты.

Части 2-й гвардейской армии вели ожесточенные бои в 2 километрах от села Мамашай (Орловка) и сумели в течение дня лишь вклиниться в главный оборонительный рубеж противника в районе села Бельбек, за которое  вели бои подразделения 347-й стрелковой дивизии 55-го стрелкового корпуса.

Войска 51-й армии совместно с 19-м танковым корпусом должны были прорвать оборону противника в Инкерманской долине и овладеть Севастополем. Бои велись в районе сел Шули (Штурмовое), Гайтаны (ныне не существует), Сахарной Головки и Сапун-горы.

Те же задачи имела и 8-я воздушная армия. В этот день летчики сделали 360 вылетов. Авиация дальнего действия в ночь на 16 апреля произвела 52 вылета. На Южную бухту и ее портовые сооружения было сброшено 212 авиабомб общим весом 46 300 кг.

К исходу дня 32-я гвардейская стрелковая дивизия и подвижной отряд 11-го гвардейского стрелкового корпуса прорвались в район сел Уппы (Родное) и Уркуста (Передовое). А передвижной отряд 16-го стрелкового корпуса овладел перевалом Байдарские ворота.

Командир корпуса генерал Провалов впоследствии писал: «Дальнейшее продвижение резко замедлилось. Дорогу на Севастополь оседлали крупные силы противотанковых средств врага, мы потеряли 12 танков»

В Москве еще грохотали залпы 124 орудий в честь освобождения Ялты, а Приморская армия уже двигалась к Севастополю и к вечеру вышла к полосе заграждений Севастопольского укрепленного района. Однако ее войска были сильно растянуты, основные силы корпусов находились на марше из Симферополя в Бахчисарай, в районах Алушты и Карасубазара (Белогорск).

До полного освобождения Крымского полуострова оставалось 26 дней.

17 апреля

Продолжая выполнять поставленную командующим фронтом задачу по освобождению Севастополя, войска 51-й армии совместно с тремя бригадами 19-го танкового корпуса вели бои: в районе села Шули (Штурмовое) – 267-я стрелковая дивизия, Гайтаны (ныне не существует)  и высоты Сахарной Головки – 417-я стрелковая дивизия. 77-я стрелковая дивизия действовала в направлении Сапун-горы. Именно она в этот день добилась некоторых успехов в районе села Верхний Чоргунь (Черноречье), отбросив противника на западный берег реки Черная.   

Части 19-го танкового корпуса были полностью переподчинены  63-му стрелковому корпусу с задачей поддержать пехоту в ее наступлении в направлении совхоза № 10 (2-е отделение совхоза «Севастопольский»),  южных и юго-западных окраин Севастополя. Но горная местность затрудняла движение тяжелой техники.

101-я  бригада 19-го танкового корпуса в этот день поддерживала действия 2-й гвардейской армии, которая, преодолевая ожесточенное сопротивление противника на участке Любимовка-Бельбек, вышла на западную окраину села Бельбек, овладела им и переправилась на левый берег реки, расширяя там плацдарм. Первыми мостами служили для пехоты деревья, подорванные саперами  у корней так, что ложились с правого берега на левый.

Части армии продвинулись еще на полкилометра, но дальше продвижение не пошло. В журнале боевых действий 126-й стрелковой дивизии было записано: «Дивизия в районе реки Бельбек встретила губительный огонь зенитной артиллерии, выставленной на прямую наводку…Вся полоса наступления дивизии просматривалась противником. Бойцы называли эту долину «Балкой смерти». После 4-дневных кровопролитных боев дивизия была выведена из боя».

Передовой отряд Приморской армии и части 16-го стрелкового корпуса в результате ожесточенных боев в этот день, овладев селом Черкез-Кермен (Крепкое), вышли в полосу действий 51-й армии.

С этого дня тактика боя была резко изменена. Главный упор был сделан на подавление оборонительных сооружений противника огнем артиллерии и действия штурмовых групп и отрядов. За весь период подготовки к штурму Севастополя их было создано 360. Штурмовым группам ставилась задача систематически разрушать фортификационные сооружения и овладевать ими.

Вечером 17 апреля командующий 2-й гвардейской армии отдал боевое распоряжение, в котором были сказано: «несмотря на мои неоднократные указания, до сих пор в некоторых соединениях и частях армии нет штурмовых групп и отрядов в составе стрелковых подразделений… Командирам корпусов не позднее 17.00 18 апреля обеспечить доформирование штурмовых отрядов по 2 на каждый стрелковый полк и доложить лично. Имеющимися штурмовыми группами и отрядам в течение ночи продолжать вести бой, мелкими группами просачиваясь сквозь боевые порядки противника, проникая в его тыл и уничтожая его огневые точки и опорные пункты».

Эти ночные действия по всему фронту подготавливали совместное наступление, которое было назначено на следующий день.

Тяжелые бои продолжались, приближая освобождение Севастополя от оккупантов советские войска несли потери. 17 апреля 1944 года командир 867-го самоходного артполка майор Александр Григорьевич Свидерский погиб в бою за одну из господствующих высот. Исключительно талантливый и бесстрашный командир, герой боев за Джанкой и Зую писал в одном из последних писем домой: «…приходилось спать 2-3 часа в сутки, а иногда и сосем не спать. Сегодня выдалась свободная минута. Вытащил фотографии, показал их кое-кому, и как будто побывал дома. Сейчас готовимся к боям, вчера был на рекогносцировке и минут 20 просидел под бомбежкой с воздуха и артиллерии. Уверенность в себе и подчиненных есть, т.к. они в это время находились со мной, и я наблюдал за ними. Отсюда вывод, что успех моей части в боях будет. Целую крепко Саша»

 До полного освобождения Крыма оставалось 25 дней.

18 апреля

11 день военной операции по освобождению Крыма от немецко-фашистских захватчиков. Напряжение боев под Севастополем продолжало нарастать. Войска отдельной Приморской армии  продвинулись  в различных местах на расстояние от 4 до 7 км и овладели селами Нижний Чоргунь (Черноречье) и Камары (Оборонное), Федюхиными высотами.

С воздуха войска прикрывали летчики 8-й воздушной армии. В 9-м гвардейском истребительном авиаполку этой армии в небе Крыма сражался Герой Советского Союза гвардии капитан Амет-Хан Султан, уроженец Алупки. Крымский татарин по национальности. Еще в 1943 году крымским обкомом Компартии была издана листовка на крымско-татарском языке, посвященная этому летчику, своему земляку.

Войска 16-го стрелкового корпуса под командованием генерал-майора Провалова освободили  Балаклаву.

Для 4-го Украинского фронта 18 апреля стало знаковым днем: решением Ставки Верховного Главнокомандования Отдельная Приморская армия была включена в состав войск фронта и переформирована в Приморскую армию. Генерал армии Еременко был отозван в Ставку для нового назначения, а в командование армией вступил его заместитель генерал-лейтенант Мельник.

В этот же день 4-я воздушная армия вошла в оперативное подчинение 8-й воздушной армии.

На северном направлении немецкие горные стрелки, выбитые со своих позиций, не только упорно оборонялись, но и переходили в контрнаступление, стремясь вернуть утраченные позиции, а потому дивизиям 2-й гвардейской армии удалось продвинуться лишь на расстояние не более 400 метров и занять только первые траншеи оборонительного рубежа противника.

Войска 63-го стрелкового корпуса под командованием генерал-майора Кошевого вели бои за высоту Сахарная Головка и Сапун-гору, но успеха в этот день не имели.

На южном крыле фронта в полосе наступления войск 51-й армии был применен 19-й танковый корпус, завершивший в ночь на 18 апреля переход из Мамашайской долины и имевший на ходу 99 танков и самоходных орудий. В этот день в его ряды влилась 26-я мотострелковая бригада, подошедшая из Алушты, где она взаимодействовала с частями Приморской армии.

Отдельные танки 19-го танкового корпуса, обойдя Сапун-гору, прорвались к дороге Севастополь-Балаклава, но пехота за танками продвинуться не смогла, противник открыл с позиций Сапун-горы ураганный огонь. Танкистам пришлось с большими потерями отойти на исходные позиции. К концу дня танковый корпус насчитывал в строю 30 танков и 11 самоходных артустановок из 99, вступивших в бой.

В этот день 11-я штурмовая авиадивизия ВВС Черноморского флота перебазировалась из Скадовска в Крым на аэродром Саки. Крупного успеха добились летчики минно-торпедной авиации флота под командованием подполковника Канарева. Группа бомбардировщиков-топмачтовиков в 68 милях от мыса Херсонес атаковала направляющийся в Румынию конвой противника, который сопровождали эсминец, канонерская лодка, тральщик и сторожевой катер. Две сброшенные на бреющем полете авиабомбы угодили в носовую часть румынского транспорта «Альба-Юлия» (5708 тонн). Из 4000 эвакуированных вражеских солдат более 500 утонуло. Транспорт был отбуксирован в Сулину где и простоял до конца войны в ремонте. Первый его рейс в Севастополь оказался  и последним.

 До полного освобождения Крыма оставалось  24  дня.

19 апреля

12 день войсковой операции. Этот день отличался наиболее ожесточенными боями за Севастополь с момента выхода наших войск к Севастопольскому оборонительному обводу.

19-й танковый корпус, главная ударная сила фронта, был передан в оперативное подчинение Приморской армии, располагавшей своими бронетанковыми силами, поскольку оказался в полосе ее наступления. В 16 часов было предпринято общее наступление войск фронта, которое не принесло успеха советским войскам. 19-й танковый корпус снова прорвался сквозь оборону немецкой пехоты. Но оставшись без своих пехотинцев под огнем противотанковой артиллерии в лоб и флангового огня с Сапун-горы был вынужден отступить, потеряв еще 9 танков и 3 самоходных орудия.

В этот день летчики фронтовой авиации произвели 719 боевых вылетов, действуя главным образом на участке 51-й и Приморской армий. Но от авиации, как и от артиллерии, требовалась более существенная поддержка.

Войска фронта испытывали большие трудности с подвозом горючего и боеприпасов.

Чонгарский мост еще не был восстановлен. Переделывалась с узкой европейской на широкую российскую железнодорожная колея.

Перебазировавшиеся на крымские аэродромы самолеты заправлялись с «колес» автомобильных батальонов. На аэродроме Сарабуз (Гвардейское) немцы не успели взорвать подземные емкости, содержащие 450 т бензина. Трофейный бензин после проведенного анализа был использован для наших самолетов.

Газета 8-й воздушной армии «Сталинский воин» сообщала об  использовании трофейных авиабомб. Полковые оружейники быстро приспособились и стали подвешивать их на наши самолеты.

Бывший инженер по вооружению 76-й гвардейского штурмового авиаполка 1-й гвардейской штурмовой авиадивизии Аркадий   Семенихин вспоминает о том, что вооруженцы полка техник Пташник и механик Рыжов предложили переоборудовать бомбовые отсеки штурмовиков ИЛ-2 для применения трофейных авиабомб, что и было сделано. Несколько дней полк работал с аэродрома Веселое, применяя трофейные боеприпасы, пока не подвезли свои. Много трофейных боеприпасов применялось и на аэродроме Сарабуз, куда перебазировался полк.

19 апреля группа в составе 19 торпедных катеров 1-й бригады торпедных катеров под командованием капитана 2 ранга Дьяченко перебазировалась из Новороссийска в Ялту. Отсюда бригада будет действовать до завершения Крымской операции.

До полного освобождения Крыма оставалось  23  дня.

20 апреля

К этому дню стало ясно, что попытки овладеть Севастополем с ходу силами 51-й и 2-й гвардейской армий провалились. Войска, совершив с боями марш с севера Крыма и от Керчи до Севастополя, устали физически и понесли значительные потери в людях и вооружении.

Артиллерия не имела достаточного количества снарядов и не могла подавить огневую систему обороны противника.

Перебазирование авиации на крымские аэродромы повлекло за собой сокращение ее боевой деятельности.

Наиболее полные стрелковые корпуса – 13-й гвардейский 2-й гвардейской армии и 10-й 51-й армии были оставлены в резерве командующих армиями на удалении 50-80 км от боевых порядков и не смогли своевременно включиться в атаки внешнего обвода севастопольского укрепленного района.

Приморская армия действовала еще только своими передовыми отрядами.

Боевые действия войск фронта стали вестись с целью непрерывного прощупывания обороны противника, выявления характера укреплений и системы огня, слежения за ослаблением обороны, чтобы при обнаружении  отвода его сил немедленно нанести удар по врагу и разгромить его окончательно.

В район боевых действий продолжали прибывать гвардейские минометные части Приморской армии, находившиеся в пути от Керчи.

Наряду с боевыми действиями началась всесторонняя и тщательная подготовка войск фронта к генеральному наступлению на Севастополь.

С утра 20 апреля вступил в эксплуатацию железнодорожный мост через Чонгарский пролив и было восстановлено сообщение Новоалексеевка-Джанкой. Длина пути автотранспортных колонн с грузами для войск сократилась на 70 км.

Соединения и части авиации фронта размещались на крымских аэродромах,  ремонтировали материальную часть. Целенаправленно велась воздушная разведка.

До полного освобождения Крыма оставалось  22 дня.

21 апреля

Пятница. Войска фронта продолжали боевые действия отдельными усиленными отрядами. Все атаки советских войск, предпринятые на отдельных участках, противником были отбиты.

По всей линии фронта, протяженностью 36 км, вела огонь артиллерия. К новым боям готовился 19-й танковый      корпус, пополняя боевой состав эвакуированными с поля боя и отремонтированными в полевых условиях танками и самоходными орудиями. Этим занимались отдельные танкоремонтные батальоны корпуса и сами танкисты.   Нередко поврежденные бронированные машины вытаскивали по ночам с нейтральной полосы из-под носа гитлеровцев.

Тем временем Черноморский флот продолжал выполнять поставленную Ставкой Верховного Главнокомандования на период Крымской операции задачу: используя подводные лодки, авиацию и торпедные катера, систематически прерывать коммуникации противника в Черном море.

Действия крупных надводных кораблей на морских коммуникациях Ставкой не предусматривалась.    Черноморский флот обладал превосходством над противником. Но базы надводных кораблей на слишком большом удалении от вражеских коммуникаций, и корабли трудно было прикрыть с воздуха. Кроме того, действия крупных надводных кораблей осложнились серьезной минной опасностью в мелководном северо-западном районе Черного моря. По немецким данным в 1941-1944 годах там было выставлено около 20 тыс. мин.

Из 26 подводных лодок (списочный состав) бригады подплава в операции участвовало 13, остальные находились в ремонте. Флагманский командный пункт бригады находился в Поти.

Главной ударной силой Черноморского флота в Крымской операции стала авиация флота. В ее составе было четыре авиадивизии. В боевых действиях участвовало 206 самолетов.

Немецкий адмирал Фридрих Руге впоследствии признавал: «всего неприятнее для малых кораблей оказалась русская авиация, особенно при эвакуации из Крыма».

Экипажи бомбардировщиков ВВС флота ежедневно совершали по 2-3 боевых вылета. Подводные лодки производили поиск вражеских конвоев как самостоятельно, так и по данным воздушной разведки.

Большой неожиданностью для противника стало вооружение советских катеров реактивными снарядами, которые оказались эффективным средством поражения вражеских сторожевых катеров и транспортов, береговых целей.

До полного освобождения Крыма оставался  21 день.

22 апреля

Суббота. 15-й день Крымской операции изменения в положение противоборствующих сторон под Севастополем не внес.

Советские войска наряду с атаками на отдельных участках фронта вели подготовку к общему наступлению, намеченному генералом Толбухиным на следующий день, 23 апреля.

Велась усиленная визуальная авиаразведка, которую успешно вели летчики 31-го гвардейского истребительного авиаполка 6-й гвардейской истребительной авиадивизии. Заместитель командира дивизии Борис Николаевич Еремин в крымском небе летал на самолете-истребителе ЯК-1, построенном на личные сбережения саратовского колхозника Ферапонта Головатого. В 1943 году он вручил этот самолет Еремину, как одному из лучших летчиков Сталинградского фронта. На этой машине только в Крыму Еремин совершил 32 боевых вылета, а в районе Севастополя провел 20 воздушных боев. Фашисты, выполняя приказ командования, неоднократно пытались сбить этот самолет.

К окончанию боев в Крыму  самолет был исключен из боевого состава по техническому состоянию, а Борису Еремину Ферапонт Головатый вручил второй  самолет, более совершенный ЯК-3. на нем летчик сражался до конца войны.

Генерал-лейтенант авиации Еремин еще в годы войны был представлен к званию Героя Советского Союза, но Золотая Звезда была вручена ему только в 1990 году.

К исходу дня авиаразведкой было установлено прибытие в Севастополь большой группы транспортов и посадка до 100 транспортных самолетов «Юнкерс-52» на аэродромы мыса Херсонес, «6-я верста» (ныне Юхарина Балка») и Куликово поле.

В ночь на 23 апреля по обороне противника нанесли удар дальние бомбардировщики. После перерыва в несколько дней, вызванного низкой облачностью в районе Севастополя, не позволявшей ночью бомбить прицельно без риска задеть свои войска, в боевом вылете участвовали 209 бомбардировщиков. Боевое задание выполнили 187 экипажей, атоковав боевые порядки пехоты, огневые позиции артиллерии и боевые средства гитлеровцев.

195,5 тонн бомбового груза было сброшено на основные узлы обороны, которыми были Мекензиевы горы, высота Сахарная Головка, Сапун-гора и Балаклавские высоты. «Каменным фронтом» называли немцы Севастопольский оборонительный обвод. Сапун-гора была превращена в каменную и железобетонную крепость, через нее проходил наиболее короткий путь к городу.

Командир 111-й немецкой пехотной дивизии, занимавшей оборону на Сапун-горе, генерал-майор Генрих Грюнер в приказе по дивизии хвастливо заявил: «русские удерживали Севастополь 8 месяцев, мы будем его удерживать 8 лет!».

Чтобы поднять боевой дух осажденных в Севастополе войск, Гитлер назначил достойное жалование солдатам и офицерам 17-й армии и обещал после победы имение в Крыму и награждение особой медалью.

Линия фронта обозначалась кострами, разведенными в 500 м.  позади переднего края наших войск, стрельбой сигнальных ракет в сторону целей и хорошо наблюдались экипажами бомбардировщиков.

У селений Шули (Штурмовое) и Алсу (Морозовка) были выложены электрострелы, направленные на запад. Бомбардирование производилось прицельно. Разрывы ложились по всей площади целей, было вызвано много пожаров и взрывов.

До полного освобождения Крыма оставалось  20 дней.

23 апреля

Воскресенье. В 11.20 после часовой артподготовки и бомбо-штурмового удара авиации началось общее наступление войск фронта на Севастополь с целью широкого и глубокого прорыва обороны противника с последующим  освобождением города.

Войска 2-й гвардейской армии в составе 54-го и 55-го стрелкового корпусов в ходе жесточайших боев овладели опорными пунктами и участком железной дороги в 2 км западнее села Бельбек (Фруктовое) и вели бои за железнодорожную станцию Мекензиевы горы, вклинившись в оборону гитлеровцев ценой потери нескольких танков «КВ» и самоходных артиллерийских установок 1452-го отдельного самоходного артиллерийского полка.

На южном крыле фронта советские войска на отдельных направлениях заняли 2-3 траншеи противника.

8-я воздушная армия 23 апреля совершила 1345 боевых вылетов. Это было максимальное число вылетов за сутки с начала наступления.

От прямого попадания крупнокалиберного зенитного снаряда взорвался в воздухе и вспыхнул факелом бомбардировщик А-20-Б десятого гвардейского бомбардировочного авиаполка. Выброшенный взрывом из кабины командир экипажа гвардии младший лейтенант Алексей Гребенщиков приземлился с парашютом в городской черте. Летчик настолько обгорел, что немцы, посчитав его состояние безнадежным, оставили летчика местным жителям. Оказавшегося в подвале городской больницы Гребенщикова выходили советские военнопленные врачи из 25-й Чапаевской дивизии и севастопольские медсестры, оставшиеся в оккупированном городе. Благодаря им Алексей Гребенщиков после излечения вернулся в полк и воевал до конца войны.  Спустя 40 лет во время встречи ветеранов полка в Севастополе бывшая медсестра горбольницы Александра Панкратова,  и бывший боевой летчик Алексей Гребенщиков узнали друг друга и сфотографировались на память.

23  апреля летчики ВВС Черноморского флота потопили немецкий транспорт «Оссаг» (2795 т.) в первом же его рейсе из Констанцы в Севастополь.

В ночь на 24 апреля 20 бомбардировщиков ИЛ-4 50-й авиадивизии авиации дальнего действия бомбили район Южной бухты.

До полного освобождения Крыма оставалось  19 дней.

 

twitter-logo-silhouette refresh link-symbol envelope telephone-handle-silhouette printer home-button sign-out megaphone arrow-right facebook instagram rss vk search heraldry_big nav_back nav_next glasses menu-button arrow-bold-right arrow-bold-left user-shape close